Этот торт универсален тем, что можно менять фрукты и ягоды на ваш вкус. Особенно в сезон их так много.
Ингредиенты:
1. Сметана — 500 гр. ( Вместо сметаны можно использовать — Сливки 35%.) 2. Фруктов и ягод — 300 гр. 3. Готовый бисквит — 200 гр. ( С бисквитом торт нежнее, но можно и любое печенье). 4. Сахар — 200 гр. 5. Желатин — 30 гр.
Приготовление:
1. Желатин всыпать в небольшую емкость и залить 125 мл (полстакана) чистой холодной воды. Оставить на полчаса набухать.
2. Набухший желатин поставить на водяную баню и помешивать до его полного растворения, не дать ему закипеть.
3. Сметану положить в миску, добавить сахар и взбить миксером до полного растворения сахара. Не переставая взбивать, влить тонкой струйкой желатин, взбивать еще около полминуты.
4. Застелить дно глубокой миски пищевой пленкой.
5. Фрукты и ягоды вымыть, очистить от кожуры и косточек и порезать мелкими кусочками.
6. Бисквит тоже порезать кусочками.
7. Сложить фрукты и ягоды, вперемешку с кусочками бисквита . Залить сметанным кремом, накрыть пищевой пленкой и поставить в холодильник на 2-3 часа до полного застывания. Фруктовый торт без выпечки готов. Вынуть миску из холодильника, перевернуть торт на блюдо и снять пленку. Украсить фруктовый торт ягодами, фруктами на ваш вкус.
Приятного аппетита!
Счетная палата России раскритиковала реформу системы здравоохранения. Как сообщает пресс-служба ведомства, ее цели не были достигнуты: медицинские услуги не стали ни эффективнее, ни доступнее. В условиях сокращения 90 тысяч медиков и «оптимизации» 350 больниц добиться этого было бы нереально. Единственным видимым «достижением» реформы стало увеличение объема платных услуг на 24%. В условиях снижения доступности больниц и стационаров это свидетельствует только о замещении бесплатной медицинской помощи платной.
В 2014 году под оптимизацию попали 359 медицинских организаций. Из них 26 были попросту ликвидированы. По планам на текущий год оптимизированы будут 49% медучреждений. Из 952 больниц 41 будет ликвидирована. За четыре года реформ планируется высвободить более 150 млрд рублей только за счет сокращения фонда заработных плат. В настоящее время доходы медиков растут не за счет их фактического увеличения, а через увеличение рабочего времени сотрудников.
12 апреля 2015 года в строящемся храме в честь Святителя Луки Войно-Ясенецкого состоялось празднование Пасхи. Перед началом Пасхальной утрени, благотворителем Игорем Александровичем Зайцевым, для звонницы храма был пожертвован первый старинный колокол.
[ln_gallery id=»6150″ title=»Дарение колокола»]
Пасхальная утреня, которую совершил настоятель храма в честь Святителя Луки протоиерей Гермоген, сопровождалась торжественным песнопением хора Кресто-Воздвиженского храма. Во время богослужения был доставлен Благодатный огонь, от которого были зажжены свечи и лампады прихожан. В конце Пасхальной утрени протоиерей Гермоген освятил подаренный колокол и впервые в строящемся храме раздался колокольный звон. Пасхальное празднование продолжилось на площадке около храма, где прихожан ждали столы с праздничными угощениями.
[ln_gallery id=»6126″ title=»Пасха 12 апреля 2015″]
Святой Лука Крымский. Он принадлежит не к какой-то далёкой эпохе. Это святой нашего времени. По нему почти нет хроники. Но это только на первый взгляд. На самом деле он — оставил нам многое.
Вместо фотографий — иконы. А вместо хроники — исцеленные пациенты. Его жизнь — поступки, которые совершенно непонятны современному человеку. С точки зрения простого обывателя, Лука (Войно-Ясенецкий) все делал «не так как надо». Губил карьеру врача, портил отношения с властями, отказывался от высоких постов, не брал денег с пациентов. Он мог стать художником и пачкать руки лишь красками, а стал архиепископом, жертвой политических репрессий и «мужицким лекарем».
Больных он спасал при жизни, продолжает исцелять их и после смерти. Евгений Ефремов считает, что у него два дня рождения. 9 лет назад он попал в реанимацию с проломленной головой. Врачи уже готовили родственников к худшему. Но благодаря молитвам Святому Луке, Женя сегодня полностью здоров. Авторы фильма побывали в Симферополе. Здесь Лука служил и принимал больных последние годы своей жизни. Возможно, это просто совпадение, но возвращение Крыма в состав России произошло в день обретения мощей Святого Луки.
В Симферополе мы нашли внучатую племянницу Святого. Она рассказала, каким был ее «дядечка», как она его называла. Как он жил последние 15 лет своей жизни. Мы нашли человека, который видел Луку, еще будучи студентом. Анатолий Бабанин почитает Святителя и мечтает ввести в обязательную программу для студентов-медиков клятву Войно-Ясенецкого. Врачи Симферополя создали особое сообщество православных медиков. Они почитают Святителя, просят о помощи. Мы встретились с хирургом Виктором Шуваевым. Заведующим отделением костно-гнойной инфекции. За свою жизнь он такое перевидал, что кажется, его ничем не удивишь. Но пару лет назад с ним произошло настоящее чудо. Он исцелился от болезни, которая мучила его 18 лет.
Сохранились вещи, предметы и мебель св. Луки, они сегодня хранятся в музее на территории Свято-Троицкого монастыря Симферополя. Испытываешь удивительные ощущения, когда видишь очки, книги или инструменты Святого. Здесь царит особая атмосфера. Мощи святителя Луки хранятся в серебряной раке, которую в 2002 году подарили греческие священнослужители — митрополит Нектариос (Андонопулос) и отец Михаил. А сам монастырь стоит на улице Одесской, которая до 46 года была Греческой. И в этом тоже есть особый знак. Парадоксально, но факт — Святого Луку Крымского в Греции почитают больше, чем в России. Хотя в этой стране Святитель не был ни разу. Здесь более 30-ти храмов имени Святителя Луки. Оказывается, греки узнали о нем благодаря митрополиту Нектарию (Андонопулосу). Его так поразила жизнь Войно-Ясенецкого, что свою жизнь он решил посвятить распространению знаний о Владыке Луке. Мы записали интервью с Митрополитом Нектарием. Он показал удивительные иконы Луки, сделанные греческими мастерами, которые совсем не похожи на наши, познакомил нас с людьми, которые по молитвам Святому Луке остались живы или исцелились от тяжелых болезней.
Съемки фильма проходили и в Ташкенте. Городе, где произошел перелом в душе Святителя, тогда еще молодого врача. Здесь он стал священником, отсюда его впервые забрали в ссылку, здесь же он потерял свою любимую женщину. Хирурги Ташкента провели нас в операционную, где работал Войно-Ясенецкий, жители показали его дом.
По биографии святителя Луки можно изучать историю и географию России. Он пережил русско-японскую, Первую мировую войну, революцию, Гражданскую и Великую Отечественную войну, гонения на Церковь, лагеря и ссылки. Самая долгая ссылка была в Красноярский край. Именно здесь сегодня ходит поезд имени Святого Луки. Передвижной консультативно-диагностический центр. «Доктор Войно—Ясенецкий (Св. Лука)», в простонародье просто — поезд здоровья. Он ходит по самым отдаленным деревням и селам Красноярского края. Туда, где когда-то отбывал ссылку Святой Лука. Мы расскажем, как ведется прием больных, как живут и работают врачи.
В Севастополе мы нашли священника, который как две капли воды похож на Святителя Луку. Более того — сходство не только внешнее, но и биографическое. Отец Вячеслав, так же, как и Лука, был хирургом, а потом — стал священником. В Тамбове мы отыскали медсестру, которая в военные годы работала вместе с Лукой. Сегодня ей 97 лет.
Святой Лука Крымский. Этот человек стал легендой XX века, объединив, казалось бы, противоположные вещи: высокую образованность легендарного хирурга и глубокую веру православного архиерея. Белый халат и черная ряса были с ним до конца дней. Он мог отказаться от денег, от комфорта, от славы. Но отступить от своего пути — никогда.
Источник:ПЕРВЫЙ КАНАЛ www.1TV.RU
5 апреля 2015 года в день празднования входа Господнего в Иерусалим в строящемся храме в честь Святителя Луки состоялся молебен.
Молебен совершил протоиерей Кресто-Воздвиженского храма Димитрий (Моничев).
После молебна были освящены вербные ветви, которые раздавались для всех прихожан храма.
[ln_gallery id=»6088″ title=»05 апреля 2015 года»]
Во Имя Отца Сына и Святаго Духа, Аминь. Возлюбленные в Господе братья и сестры! Сердечно и все душевно поздравляю всех Вас с праздником входа Господнего в Иерусалим.
Этот день удивительный, потому что мы не просто этим праздником предваряем Пасху Господню, Воскресение Христа, но и осознаем смысл этого Воскресения. В чем состоит этот смысл? Господь показывает нам, что путь к Воскресению лежит через голгофу. Ведь иудеи, которые жили и в Иерусалиме, и во всей израильской земле, они прекрасно понимали, что должен прийти мессия, они ждали мессию. Более того они жили этим. Собственно религия иудейства сводилась именно к ожиданию мессии, к ожиданию Царя. И вот Царь пришел. И не просто пришел, Он заявил о себе такими чудесами, которых до толи не было. Он лечил, Он Спасал, Он учил, Он кормил, изгонял бесов и вот в завершении всего Он Воскресил умершего четырехдневного Лазаря.
Но вот человек, он всегда ждет от Бога именно того, что хочется ему. Мы говорим: " Да будет Воля Твоя«, но при этом более всего боимся, что она исполнится. Что угодно, только не Воля Божия. Иудеи ждали Царя. Какого царя, что они хотели? Они хотели, что бы этот Царь наконец-то покончил с рабством, чтобы Он занял трон императора, чтоб Он покарал язычников, чтобы Он собрал вокруг себя детей Авраама, народ израильский, посадил справа и слева от себя министрами первосвященников, дальше там фарисеи, саддукеи, книжники, а простые люди и все остальные им бы служили. Вот это бы было Царство Божие, рай на земле. И они не просто были готовы принять такого Царя, такого мессию, они готовы последовать за ним, отдавать свои жизни за это. И так было не раз, вспомним, какие восстания поднимались в иудеи, хотя бы Маковейское восстание. И вдруг мы видим, что въезжает Царь на осле. Нет, это не потому, что было странно, что человек едет на осле, осел-это транспортное средство на Востоке очень распространенное. И в этом ничего не было удивительного, удивительно то, что на осле едет Царь. Если бы Господь сказал: «Я не Царь», и просто въезжал как обычный иудей, как торговец на ослике, к этому бы отнеслись нормально, но въезжает Царь, Он принимает царские почести. Некоторые говорят Господь по смирению Своему сел на осла. Ни по какому не по смирению. Он принимал царские почести, Он ехал по одеждам, которые постилались под копыта этого осла, т.е. Он этого не отвергал. Более того, когда Его призвали к смирению, сказали: «Скажи этим людям, чтобы они замолчали», Он сказал: «Если они замолчат, камни завопиют». Он въезжал именно как Царь и всем своим видом показывал, что Он Царь. Но Он въезжал на осле, потому что показывал, что никакой Рим Он завоевывать не будет, потому что на осле нельзя завоевать Рим, Рим можно завоевать на коне, а на осле можно доехать только до голгофы. И вот кода поняли те, кто стоял у обочины, у обочины не просто Царского пути, у обочины жизни, для кого все здесь и только здесь в этом мире, здесь все ценности, здесь счастье, здесь радость, а там нет ничего, эти люди поняли, кто въезжает в Иерусалим, они переполнились злобой, им не нужен был такой Царь. Дело было не в том, что они ошиблись, что не разобрались, перепутали, не узнали, им не нужен был такой мессия, им нужен был такой мессия, какого они хотят, а не тот какого им дарует Бог. Вот эта же идея, этот смысл был прекрасно повторен в легенде о великом инквизиторе Достоевским, когда этот великий инквизитор, арестовывает Христа, и в камере, глядя ему в глаза прекрасно понимая, что это именно Христос, он ни на секунду, не ошибается, говорит: «Зачем ты пришел? Ты нам не нужен. Нам нужна Церковь, христианство, но ты нам не нужен. Не мешай нам самим управлять так, как мы хотим». Вот это же было и в Иерусалиме, они поняли, что пришел тот, кто вырвет у них самое дорогое, власть над людьми. Пришел тот, кто научит жить так, как они никогда не жили, и научит так, как никогда не учили. Пришел тот, кто сделает все поперек им, пришел их враг, и с этим врагом они должны расправиться. Но были и другие. Были Апостолы, были те, кто шли за Христом, кто стоял около Креста, были жены мироносицы. Были ученики, такие как Иоанн Богослов, которые не убежали даже страха ради иудейского, и вот эти люди, не видели что это путь к воскресению, они увидели что это тяжелый путь, но он увенчивается великой славой.
И мы с вами дорогие, должны помнить, что этот путь нам показывает Святитель Лука, ведь его путь это путь на голгофу. Это путь через страдания, это путь через лишения, мучения и испытания, это путь таких скорбей, которые мы себе даже представить не можем. Это пытки, застенки, это лагеря, это этапы. Это та жизнь, в которой можно озлобиться, в которой можно возненавидеть вся и все, и закричать Господи за что? и почему? За что мне это, что я сделал плохого, в чем я виноват, что Ты так отвернулся от меня и наказываешь. Но вместо этого, от Святителя Луки исходила поистине любовь. Господь входит в Иерусалим, Он идет на страдания, которые закончатся смертью, и смерть эта закончится Воскресением и славой. Это и наш путь, и по этому пути мы должны пройти, вслед за Святителем Лукой Войно-Ясенецким, вслед за тысячами, тысячами подвижников благочестия, которые прошли этим путем.
Как метко говорят в народе: «В раю — нет не распятых». И если дорогие, все ценности у нас с вами здесь, если мы приходим в Храм Божий только для того, чтобы прожить лишние 10-15 лет, если мы приходим в Храм Божий для того, чтобы выздороветь и поправить свое здоровье, если мы приходим в Храм Божий для того чтоб у нас наладился бизнес, мы самые несчастные из людей. Другие, хотя бы не знают, о том, что есть иная жизнь, а мы-то знаем, её нам открывает Господь. Сердечно и все душевно поздравляю Вас с праздником. И вот, вы принесете домой вербы, и рассказывайте тем, кто еще не нашел свой путь к Богу, к Храму, что это знамя, знамя Воскресения! Это знамя победы над смертью, что теперь вслед за Лазарем Воскрес и Сам Господь! И так Воскрес, что смерть была побеждена навсегда! И мы Воскреснем, и мы будем жить, и именно ради этого мы приходим в храм, чтобы жить не 10-15-20 лет, а жить всегда, жить по человечески, жить в любви и для того чтобы это случилось нам необходимо пройти этим голгофским путем. Путём страданий, путем несения Креста. Но мы не одни! С нами Бог со Своей благодатью и человеколюбием, и Господь поможет пройти нам этот путь. Господь для каждого определяет Крест по его силам.
Спаси Вас Всех Господь!
18 марта день празднования Обретения мощей Святителя Луки Архиепископа Крымского.
В 1996 году в этот день были обретены нетленные мощи святителя, и при огромном стечении народа были торжественно перенесены в кафедральный Свято-Троицкий Собор, где и покоятся по сей день. В этот знаменательный день в стенах строящегося храма в честь Святителя Луки Войно-Ясенецкого в городе Кисловодске состоялся молебен.
Ко времени молебна тучи рассеялись, солнце одарило своими теплыми лучами всех собравшихся. Радостно что, несмотря на рабочий день, многие прихожане все же нашли возможность прийти на совместную молитву.
[ln_gallery id=»6061″ title=»18 марта 2015″]
Учитель Григория Перельмана и Станислава Смирнова, двух лауреатов Филдсовской премии, педагог, воспитавший 90 призеров и победителей международных олимпиад по математике, профессор РГПУ им. Герцена, замдиректора по науке физмат лицея № 239 Сергей Рукшин рассказал «Газете.Ru», за что он критикует реформу российского образования и почему российские ученые предпочитают работать брокерами в США, а не заниматься наукой на родине.
— Вы один из самых ярых критиков нынешней реформы образования. К этой критике прислушиваются?
— Без критики было бы намного хуже. Крылов когда-то написал: «А Васька слушает да ест». Критику слушают, иногда даже что-то удается сделать. Скажем, год назад я выступил на заседании Общественного совета Минобрнауки, где сообщил о том, что одна из сотрудниц министерства, начальник департамента общего образования Елена Низиенко, умудрялась несколько лет организовывать приписки к спискам победителей финалов всероссийских олимпиад. А эти приписки дают стобалльный ЕГЭ, а победителям — внеконкурсное поступление. Приписывали причем тех, кто вообще в олимпиадах не участвовал. В итоге эту чиновницу по-тихому убрали.
Сейчас я вхожу в рабочую группу двух советов — Общественного совета и Совета по науке Минобрнауки. Эта группа занимается реформой РАН, наша цель — хотя бы в форме подзаконных актов способствовать сохранению научных институтов и научных школ. Организационную структуру уже не спасти, но в этом академия сама виновата, надо было раньше думать о реформировании. Но научные институты, ведущие лаборатории надо спасать. Дмитрий Ливанов с нашими предложениями согласился, правда, неизвестно, будут ли они воплощены и в каком объеме.
— Почему вас не устраивает реформа образования?
— Я считаю, что 12 лет непрерывных реформ поставили наше образование на грань, за которой его уже не будет. Из системообразующего института нации, который формирует нас как граждан этой страны, оно превращается в услугу. Вместо специалиста, который социализирован в этой стране, мы даем бумажки недоученных бакалавров, которые знают реальную жизнь хуже, чем выпускники техникума много лет назад. Они воспринимают страну как место работы. А место работы в случае чего можно и поменять. Мы утрачиваем и содержание образования, и его социальную функцию.
Закон «Об образовании» «обсуждала» комиссия по развитию образования Общественной палаты, которую возглавляет один из идеологов реформы образования ректор ВШЭ Ярослав Кузьминов. Он реформу придумывает, он же ее и одобряет — такое общественное обсуждение. Моя любимая цитата из «Теркина на том свете»: «Это вроде как машина скорой помощи идет: сама режет, сама давит, сама помощь подает».
Ужас наших реформ состоит не только в том, каковы они, но и в механизме принятия решений. Самый возмутительный пример, когда под покровом ночи, без объявления войны, в нарушение всех сроков был внесен закон о реформе РАН в Госдуму. Реформы образования проводились примерно так же. Только иногда создавалась иллюзия их общественного обсуждения. Реформы принимаются скрытно и без участия профессионалов. Помните недавний скандал про то, что РАН должна выдать свои планы по публикации статей на 2014–2016 годы? Фундаментальная научная работа не планируется. Как мой ученик Григорий Перельман должен был спрогнозировать, что докажет гипотезу Пуанкаре? Или наша отчетность вузов. Как можно судить о деятельности вуза по квадратным метрам и среднему баллу ЕГЭ поступающих?
— Я не соглашусь с вами. Судят не только по этим критериям. К тому же посыл мониторинга эффективности очень верный: закрыть вузы, которые не дают образования, а продают дипломы.
— Средний балл поступающих характеризует общественный престиж профессии и репутацию вуза, а не работу вуза. Еще один из критериев — зарабатываемые деньги. Это хорошо, когда вуз зарабатывает, но его основное дело — учить студентов. Популярность и реноме профессии создаются не вузом, а обществом. Вуз не должен отвечать за то, что на педагогические и инженерные специальности конкурс понижается. Это общество решает, нужны ли нам люди этих профессий. От наличия больших площадей и иностранных студентов вуз эффективнее не станет.
— В декабре должна быть принята концепция математического образования. Вы к ней как относитесь?
— Я плохо отношусь к подобной деятельности в принципе. Вместо того чтобы оглянуться и подвести итоги реформы, мы убегаем от анализа реальных проблем, формулируем новые лозунги. Нам надо понять, какое образование нужно стране, определить фундаментальное ядро школьного курса. Причем не отдельно по математике, а во взаимосвязи с физикой, химией, биологией, другими предметами. И только после выделения фундаментального ядра, отталкиваясь от него, нужно определять содержание математического образования, начиная со школы и дальше, вплоть до подготовки научных кадров.
В эту концепцию дважды академик Алексей Семенов, который стоит во главе разработчиков, напихал все, что можно было, с точки зрения его увлечений, хобби, освоенных грантов, бизнеса и так далее. Это и непомерно раздутый акцент на применении компьютеров, дистанционное обучение, электронные учебники и ресурсы — все то, на чем зиждется бизнес президента издательства «Просвещение» Александра Кондакова и его супруги. Компьютер — инструмент, его надо использовать. У нас никто не организовывал 30 лет назад курсы по освоению молотка, каждый его использовал в быту, как ему нужно: хирург и невропатолог — стучать по коленке, плотник — забивать гвозди. Так что в концепцию напихано много вредных вещей, которые будут отвлекать от содержательной роли математического образования. А первоочередная роль математического образования — это развитие мышления. Я достаточно успешно занимаюсь образованием уже 38 лет, все-таки единственный в мире педагог, воспитавший двух филдсовских лауреатов, и педагог, чьи ученики завоевали более 90 медалей международных олимпиад. Так что я в этом что-то понимаю.
Нам гораздо больше, чем трата денег на несвоевременную концепцию, помогло бы повышение стипендий аспирантам. Это унизительно: мой ученик едет в аспирантуру в США, где ему стипендии хватает, чтобы содержать семью, не отвлекаясь на дополнительные заработки от занятий наукой. У нас аспирантской стипендии не хватает на оплату общежития и проезд к месту работы.
— Разве нет вероятности, что электронные технологии позволят сделать процесс обучения легче и сфокусироваться на образовательных задачах?
— Легче и лучше — разные вещи. Есть предметы, где надо что-то выучить и освоить. В кулинарном деле можно сжечь пару десятков яичных белков с сахаром, но в итоге научиться печь безе. В математическом образовании конечный продукт — это мозг. Поэтому я не понимаю, что электронные носители и дистанционное обучение могут сделать такого, чего не сможет сделать человек с мелом и тряпкой у доски.
Надеюсь, что первое время эта концепция никак не повлияет на образование. Поколение педагогов, которые привыкли работать по-старому, будет продолжать так работать, и хорошо. Но опасности, заложенные в концепции, для будущего велики. Она опасна самим фактом своего существования.
— А как на практике повлияет эта концепция на преподавание математики?
— Петербургские журналисты мне часто возражают, что у нас в городе ничего к худшему не изменилось. Тогда я им предлагаю посмотреть на страну. Наш 239-й лицей, может быть, пока не тронут. И 57-я школа в Москве. Хотя, возможно, с нас тоже начнут требовать все, что прописано в законе, вроде использования электронных учебников. Меня в этой концепции пугает отсутствие воздействия личности учителя, а это снижает социализацию наших школьников и студентов. Отсутствие личностного воздействия не воспитает гражданина страны, а меня волнует, что будет с этой страной.
Наверняка какой-нибудь сумасшедший заведующий РОНО будет требовать от сельской школы внедрения электронного документооборота. Ведь сейчас как: думали, электронный журнал введут вместо бумажного, так нет — оставили оба. Мы все больше формализуем профессию учителя, поэтому рано или поздно от всех начнут требовать отчетности. Это бомба, заложенная в будущее. Хорошо, если эта концепция останется болтологическим документом, как говорится, строгость российских законов смягчается необязательностью их исполнения. Но беда в том, что там заложены финансовые интересы определенных кругов. Гранты пойдут не на повышение зарплаты учителям, а на развитие электронных ресурсов. Сейчас было бы актуальнее принести пользу образованию прямым вливанием денег. Я не говорю, что деньги все определяют.
Повысь мне зарплату в школе в десять раз, я лучше работать там не стану. Да и большинство людей, потому что там многие работают за идею. Вот если бы мне повысили мою зарплату в вузе в пять раз, наукой я бы стал заниматься лучше. А профессия учителя все-таки не та, куда идут за большими деньгами.
— Что же нужно делать, на ваш взгляд?
— Еще в 2010 году президент дал поручение создать в федеральных округах и при ведущих вузах сеть лицеев, таких как специализированные школы-интернаты при МГУ, СПбГУ. Чтобы талантливый школьник мог получить математическое образование, не уезжая навеки с Камчатки в Москву, а видясь со своими родителями на каникулах, а иногда и на выходных. Эта инициатива заглохла.
— При вузах создаются же…
— Вы опять говорите о Москве, которой хватает хороших школ. Математическое образование для какой-нибудь школы № 57 ни в какой концепции не нуждается, потому что у них такие условия, что они могут игнорировать любые глупости, которые будут твориться вокруг. Но давайте подумаем о России. Ломоносовых больше не будет. Очень тяжело семье из региона отправлять ребенка на учебу в лицей в Москву и содержать его там. Лицеев в федеральных округах нет, а никакие лицеи при Высшей школе экономики их не заменят.
— Как вы жестко. Вы критикуете то, что еще только начало работать.
— А по-другому невозможно. Предупреждать надо громко, потому что глупости обычно делаются тихо и необдуманно. Ярослав Кузьминов не построил ни одной образовательной системы, кроме своей Высшей школы экономики. Да и то с великим экономистом Ясиным, Шохиным и с финансированием Минобрнауки и Минфина. Он ничего не понимает в среднем образовании. Или мой коллега по матмеху ЛГУ Андрей Фурсенко, который всю жизнь занимался наукой, но не имел никакого опыта в среднем образовании, реформу которого проводил. Я создал в своей жизни несколько образовательных систем и консультировал их создание. От частной начальной школы до ведущего в стране математического центра образования одаренных школьников. Я могу предъявить результаты моей работы, а пусть реформаторы покажут свои.
— Вы считаете, что личность педагога важна для ученика. Но бывают ведь и такие учителя, которые не являются выдающимися педагогами.
— Мы совершенно неправильно оцениваем понятие «выдающийся педагог». По нынешней системе аттестации учителей, чтобы получить высшую категорию, учитель должен писать научные статьи, участвовать в конференциях, предъявлять победы учеников на олимпиадах. Последнее, кстати, не задача учителя, это задача дополнительного образования — кружков и факультативов. Задача учителя — учить. В школе на окраине города идет урок русского языка, в классе половина учеников — дети мигрантов. Некоторые с нуля начинают учить русский. И если учительница научит этих детей общаться на русском языке, ценить его и научит их культуре поведения в нашей среде, то это уже великое достижение. И это гораздо важнее, чем если бы эта учительница писала научные статьи и ездила по конференциям.
У нас так мало великих учителей, потому что учителям приходится работать в скотских условиях. Вслед бумажной отчетности и бумажной аттестации рано или поздно последует «бумажная работа». У них есть конкретные задачи — воспитание, социализация и обучение. Учитель делает это, тратя душевные силы. Сейчас же получается ситуация, когда мы детей должны учить по инструкции. Хороших учителей было бы больше, если бы они работали в других условиях.
Великих учителей как раз не тронут, поскольку они приносят золотые яйца, которыми хвастаются в отчетах руководители РОНО. Даже в каком-нибудь маленьком городе лучшего учителя не тронут, закроют глаза на его репетиторство, потому что он детей начальников учит. Но для того, чтобы выросли эти великие учителя, и молодых не надо трогать. Они должны получить условия, которые бы их стимулировали. Знаете, был в 1990-е годы замечательный эффект: денег учителям не платили, но при этом руки не связывали. И в то время родилось столько замечательных учительских инициатив, потому что не было никакой формальности отчетности. Мы тебе мало платим, но не мешаем работать. А теперь стали платить регулярно, при этом достойно платить не стали, но зато стали связывать руки.
— Насколько изменились дети, которых вы учите, по сравнению с 1970–1990-ми годами?
— То, что современная молодежь хуже предыдущих поколений, говорят всегда. Но дети, правда, серьезно изменились, причем в худшую для обучения сторону. Во-первых, это клиповое сознание. У меня студенты теряют нить лекции, логические связки за 2,5–3 минуты. Из-за этого они не в силах что-то выучить. То есть их можно механически научить дифференцировать, а вот развить мышление — уже нет. Математика — это единственный предмет, который профессионально направлен на развитие мозга путем решения задач. Так вот школа превратилась в свалку формул и рецептов решения задач. Месяц решаешь квадратное уравнение, вызубриваешь формулу. Еще у студентов резко изменилась мотивация. Сейчас для многих обучение — это не средство получить профессию, образование, а средство получить корочки, с которыми они будут больше зарабатывать.
У детей очень плохо с памятью — из-за воплей идиотов о том, что дети перегружены, с них перестали спрашивать в школе. Раньше в гимназиях учили латынь и греческий. А в церковно-приходских школах — молитвы и Евангелие. Для чего? Чтобы память тренировать.
Еще у детей повышенный инфантилизм. Могу продемонстрировать объяснительную записку от студента: «Я систематически не делаю домашние задания по математическому анализу по причине того, что поздно возвращаюсь с работы и не успеваю выполнить домашнее задание к утру. Потому что ночью я либо отдыхаю, либо занят другими делами». Посмотрите на это? А вы говорите, что я нещадно критикую. Я доказал, что я педагогически успешен, несмотря на то что мне мешали много лет. Да и сейчас не всегда приятно, между прочим, ректору иметь в университете или директору лицея, моему бывшему ученику, такого педагога, который оспаривает мнение министерства. И не важно, что при этом вся работа делается успешно. Один народный учитель, приближенный к нашему руководству комитетом по образованию, говорит мне: «Как вы смеете выступать на Общественном совете и оспаривать мнение министерства?» Как смею? Кто-то же должен. Моя карьера — ни научная, ни должностная — из-за этого не сложилась. Поэтому, пока есть возможность говорить, я буду это делать. Мне дорога эта страна, но мне не нравится государство, которое развалило образование и науку. Но отделять себя от того, что творится в этой стране и в этом государстве, я не могу.
— Как много ваших учеников уехало на Запад?
— Талантливые уезжают очень часто. Мой второй филдсовский лауреат Стас Смирнов работает в Швейцарии. Программы мегагрантов не вернут никого. Он сюда приезжает на четыре месяца в году, распределяет деньги по своей лаборатории в России. Но он не сможет создать образовательную систему, научную школу для страны. Этим летом два сильнейших выпускника — Влад Волков, у которого две медали международных олимпиад, и Роман Бойкий, у которого одно золото, — должны были поступать в аспирантуру. Рома, узнав об условиях работы и обучения здесь, уехал за границу. Влад остался, за что ему спасибо. Из предыдущего выпуска лучший студент поступил в аспирантуру и у нас, и за границей, в итоге здесь бросил. Еще один защитился здесь и уехал в Сингапур, где у него есть возможность заниматься наукой и ездить по конференциям. Другое дело, что мне удается некоторым внушить, что аспирантуру надо закончить здесь, потому что все еще у нас обучение лучше, я могу направить их к конкретным выдающимся профессорам. У меня был один блестящий кружок, выпуск 1991 года. Этот кружок завоевал под десяток медалей международных олимпиад. Так вот из семи сильнейших ребят из этого кружка в России не осталось ни одного. Большая часть из них бросили заниматься математикой. Потому что финансовым аналитикам с Уолл-стрит платят больше.
Занятия математикой — это тяжелый умственный труд. Изматывающий мозг. Подумайте о Перельмане, когда он бросил все, что делал. Потому что за девять лет мозг оказался выжат, как губка.
К примеру, ребенок лежит в реанимации и родители не знают, выживет он или нет. Для математика задача, над которой он работает, — это тот же ребенок. Поэтому мои выпускники и пошли в финансовые аналитики: платят лучше, а закрыв дверь кабинета, они свои задачи оставляют на работе.
Профессионального математика задачи преследуют сутками, месяцами и годами. Разумеется, этим трудом хочется заниматься в пригодных для этого условиях. А разве можно это делать на зарплату молодого преподавателя без ученой степени? Поэтому и уезжают. У меня нет морального права их укорять, можно только учить больше людей. Потому что так хотя бы середняки останутся здесь. Кстати, во многих вузах уже сейчас некоторые молодые преподаватели — это не самые талантливые, это зачастую лентяи и бездельники, которые готовы обходится своей зарплатой, не сильно напрягаясь на работе. Оставить в вузах лучших — вот это огромная проблема для страны.
— Вы рассказали об общих проблемах образования. А если коснуться математики, то какая ситуация здесь?
— Уровень математического образования тоже снижается. Я поездил по стране и встречал школьников, у которых стоят «4» и «5» по геометрии, но которые из нескольких геометрических фигур на доске не могут выбрать параллелограмм, потому что не знают, что это такое. Но давайте скажем честно: всеобщее хорошее математическое образование стране не нужно — нужно мышление, которое формируют уроки математики. Не нужно ведь всем хорошее художественное образование. А вот математическое образование как инструмент развития мозга ухудшается. Знаете, добросовестность человека универсальна. Очень трудно быть добросовестным в одном и недобросовестным в другом. Падение уровня образования и требований по одному предмету неизменно понижает добросовестность учеников по отношению ко всем другим предметам. Хотя я понимаю, что если ребенка выращивают как математика, а если он еще, не дай бог, увлекся «спортивной математикой», все время готовится к олимпиадам, то у него просто физически не будет сил учить литературу на том же уровне, что и математику.
На детей надо тратить душевные силы, и делать это по должностной инструкции нельзя. Вряд ли же кто-то захочет, чтобы их ребенка лечил врач, у которого купленные зачеты и экзамены, нет времени на больного, потому что у него частные клиенты. А почему наша власть хочет, чтобы их детей учили плохие учителя? Хотя богатые люди отправляют учиться своих детей за границей, но там в школах учат хуже, чем у нас. Надо заканчивать с иллюзиями о всеобщем среднем образовании. Школы у нас не социальные институты, как в США. Мне один американский педагог сказал: если вы хотите знать, где ваш ребенок впервые попробует алкоголь, наркотики, сигареты и секс, не сомневайтесь, это произойдет в школе. А вот образование он там не получит. Россия — небогатая страна, мы не можем позволить себе школу как социальный институт.
Возвращаюсь к тому, с чего начал: мы должны определить фундаментальное ядро школьного курса. В 1970-е годы у нас привилось дурацкое выражение: «Этот ребенок — гуманитарий». Он «гуманитарий » не потому, что у него хорошо с литературой и историей, а потому, что плохо с математикой и физикой. То же самое происходит сейчас.
Нужно понять, какое образование необходимо для этой страны, и создавать его, а не профанировать, когда ребенок в девятом классе не может распознать параллелограмм. Школа завышает оценки и врет, врет и детям, и родителям.
— Так каким должно быть образовательное ядро?
— Я помню историю, когда в каком-то городе недавно у сварщиков взорвался баллон газа, были человеческие жертвы. Потом выяснилось, что эти балбесы из-за холода, который был на улице, стали нагревать этот баллон. Они не знали, что при нагревании газ расширяется и давление в баллоне повышается. Так вот это фундаментальное ядро — это то, что должны знать все. Определить это образовательное ядро — долгая и сложная работа. Бойтесь тех, кто вам сможет за десять минут рассказать, каким оно должно быть.
— Хорошо. Я переформулирую вопрос. Если бы вы, условно говоря, возглавляли какой-нибудь департамент общего образования, то с чего бы вы начали?
— У начальника департамента нет никакой свободы, он должен выполнять постановления вышестоящих органов. Даже министр образования не может делать то, что хочет, ему реформы спускают. Но я могу вам сказать, с чего бы я начал свою работу. Это то, о чем я говорил: я бы создал лицеи для талантливых детей в федеральных округах. Талантливые дети — это золотой фонд страны, они должны иметь возможность получить хорошее образование не очень далеко от своей семьи. Путь талантливого ребенка в МГУ, а после МГУ за границу мне не нравится. Второе, что бы я сделал, — развязал бы руки педагогам этих лицеев: они должны иметь возможность хорошо учить детей. У нас же по новому закону «Об образовании» все школы одинаковы, нет ни гимназий, ни лицеев. Зато решено ввести профильное обучение. А где мы возьмем хороших учителей по профильным предметам для всех школ страны, если их даже в Москве и Питере не хватает? Мы должны создавать узлы образования, которые при более благоприятных политических и экономических условиях в стране будут способны экспоненциально размножиться. Нужно создать президентские лицеи, куда бы брали действительно талантливых детей, чтобы была единая система их курирования. Кроме того, нужно создать специализированные школы для талантливых детей, причем в соответствии с региональными потребностями. Есть в Новокузнецке металлургические комбинаты, значит, им понадобятся инженеры. Так я бы и стал строить наше образование.
— Хоть что-то в нынешней реформе образования вы считаете приемлемым?
— В реформе образования — нет. Она назрела очень давно, но начинать нужно было совсем с других вещей. Какого лешего мы пишем стандарт учителя, если это ничего не изменит реально в нашей школе в лучшую сторону? Мы занимаемся несвоевременными вещами и не анализируем того, что происходит. К примеру, в стране якобы проходил эксперимент по ЕГЭ. Эксперимент — это когда мы сравниваем результаты контрольной группы испытуемых с остальными. Оказалось, что это был не эксперимент по ЕГЭ, а эксперимент по внедрению ЕГЭ, что все-таки несколько иное. Мы до сих пор не можем получить его результаты. ЕГЭ признали успешным, теперь его решили улучшать. Но если те скандалы, которые сотрясают каждый год страну, — это успех, то покажите, где неудачи.
Преступление против страны — позиционировать образование как услугу. Педагог не шлюха. Образование — это системообразующий институт нации, который мы утрачиваем. И это таящая угрозу национальной безопасности глупость, когда второе лицо государства не знает, что творится в образовании. Премьер-министр говорит, что ни разу не встречал учителя, который бы был недоволен и критиковал ЕГЭ. Очевидно, что вместо знания о реальном положении дел в стране его окружение демонстрирует ему потемкинские деревни. Не те картины, как реально обстоят дела, а те картины, которые приятно будет видеть начальству. А без видения реального положения дел нельзя проводить реформы.
Мне нравится только то, что, несмотря на реформы, сохраняются педагоги и образовательные институции, которые продолжают успешно работать. Но это происходит не благодаря реформе, а ей вопреки.
Между тем, как стало известно «Газете.Ru», спустя несколько дней после того, как состоялось это интервью, Министерство образования и науки дало указание разработать новую концепцию математического образования. Ею занимаются ученик Сергея Рукшина, Филдсовский лауреат Станислав Смирнов и руководитель Московского центра непрерывного математического образования Иван Ященко.
Источник:Газета.Ru
В первый весенний день, в праздник Торжества Православия, в стенах храма в честь Святителя Луки состоялся очередной воскресный молебен.
Молебен совершил протоиерей Димитрий (Моничев).
В преддверии празднования дня небесного покровителя и дня рождения духовника Фонда и настоятеля строящегося храма в честь Святителя Луки протоиерея Гермогена (Лиманова), после молебна, отец Димитрий произнес молитву о даровании ему здравия и многолетия.
От лица Фонда председатель правления М.Ю. Аргамаков, председатель попечительского совета С.И. Дараев и член правления Р.Е. Шеин в Крестовоздвиженском храме г. Кисловодска поздравили протоиерея Гермогена с его торжеством. В поздравлении отметили неустанные труды на церковной ниве нашей Епархии и главное, что отец Гермоген по заповеди Господа, всегда остается пастырем добрым для всей своей многочисленной паствы.
Так же протоиерей Димитрий произнес проповедь о празднике «Торжества Православия» (см. Голос Церкви).
Поздравляем всех с праздником торжества православия!
[ln_gallery id=»6015″ title=»01 марта 2015 года»]
Проповедь протоиерея Димитрия (Моничева) о празднике Торжество Православия, произнесенная им после молебна в стенах строящегося храма в честь Святителя Луки (Войно-Ясенецкого).
Возлюбленные в Господе братья и сестры. Вы знаете, что сегодня особый день, это день Торжества Православия. Восемь веков православная Церковь отстаивала истину свою, отстаивала в тяжелейшей битве. Не надо представлять себе, что истина эта ковалась при мирных дискуссиях, безобидных и спокойных. Это был настоящий фронт, и отцы, которые отстаивали православную веру, претерпевали и темничные заключения, как Николай Угодник Святитель Покровитель нашего града, и избиения и даже увечия, как был искалечен преподобный Максим исповедник. Те кто защищал святые иконы от поругания, кто отстаивал их на почитание, их до сих пор Церковь именует начертанными, ибо враги иконоборцы на их лицах выжигали коленным железом письмена, пытаясь исказить человеческий лик подобно тому, как они искажали этот лик на иконах, запрещая воздавать должное почитание.
И вот после этой многовековой борьбы наконец-то православие победило, победило во всей Вселенной, во всем Мире. С этого момента уже была только одна истинная вера — христианская, которая была четко изложена в Символе Веры, в догматах Церкви, и все остальные мнения были раз и навсегда отвергнуты, и Церковь постановила за благо в первую неделю Великого Поста совершать празднование Торжество Православия.
В этот день возглашается вечная память всем тем, кто послужил Православной проповеди: Патриархам, благоверным равноапостольным князьям, царям. В этот день провозглашается анафема всем отступникам от веры. Мы дорогие, должны с вами быть очень неравнодушны к нашей Православной Вере. Сейчас часто можно слышать мнение о том, что неважно как верить, главное себя правильно вести, вести нравственный образ жизни, а уже кто как верит: по-католически, по-лютерански, по-сектански — это не имеет большого значения. Начинаются мудрования и по поводу раскольников, что вот раскольники бывают правы. Что в данной ситуации они более правильны, чем мы, судят, решают. И такие мнения есть. Мы должны, дорогие, помнить о том, что истина одна! Церковь одна! Бог один! Вера одна! И любое искажение истины нужно понимать, как ересь, как тяжкий грех. И помнить, что этот грех раньше на Руси почитался настолько тяжелым, настолько страшным, что лучшие представители Православной Церкви называли еретиков, не так как мы сейчас мягко и толерантно называем конфессии, они называли их безбожниками. Раз не православный, значит безбожник. Сейчас, это у нас все куда-то растворилось, такое безразличие овладело многими, и начинаем уже искать какие-то плюсы в других вероисповеданиях. То же самое, дорогие, можно сказать и о расколах. Грех раскола не смывается даже мученической кровью. Вот настолько это тяжелый грех. Нет ничего страшнее раскола потому, что если человек открыто отрекся от Христа, это видно всем и это не столько великий соблазн, а вот если человек выдает себя за истинно православного, а сам находится в расколе, то он не только губит себя, но и соблазняет других.
Конечно же, в этот день мы не можем не вспомнить и небесного покровителя настоятеля этого храма, священномученика Патриарха Гермогена, который отстаивал истину Православия, отстаивал Православие не на словах, не на каких-то торжественных заседаниях и соборах, отстаивал в тюрьме, отстаивал до смерти, до изнеможения, и своим исповедничеством; поднял Русь, и Русь отстояла молитвами Божией Матери Православие, и все лжецари были изгнаны вон с нашей территории. И, конечно же, таким исповедником, таким ревнителем Православия был и Святитель Лука Архиепископ Крымский. Он отстаивал истину не словами только, отстаивал эту истину своим жертвенным трудом врача-хирурга, отстаивал эту истину в лагерях, в ссылках. Можно привести простой пример, о том насколько дорожил православием Святитель Лука, когда ему предложили не от Христа отречься, а всего на всего снять с себя сан. И при этом пообещали, что он будет прославлен, ему будут возвращены все награды, все титулы, все то, что он по достоинству заслужил, он станет светилом с мировым именем, и для этого надо было отказаться от священства, всего на всего. Но Лука не только на это не пошел, он отказывался оперировать, если из операционной уносилась икона, и пока икона не возвращалась, он не приступал к операции, какой бы великий человек и чиновник не лежал на операционном столе.
Вот, дорогие, мы должны этому учиться. Сейчас у нас иное время, сейчас многие люди очень легко, легкомысленно относятся к своей Вере. Девушка полюбила мальчика, мальчик поставил условия, что нужно принять иную веру, тогда он на ней женится, девушка соглашается. Боимся иногда перекрестится, потому что вокруг люди. Что подумают? Боимся попоститься в гостях, как-то не удобно, ведь нас пригласили, а мы будем сейчас поститься. Скажут, фанатики религиозные. Ну ладно уже, может потом попостимся. И таких моментов много. В храме, все такие смелые исповедники, такие все готовые за Христа и жизнь отдать, а вот оказываемся в другой ситуации, где нас окружают уже не верующие люди, а иноверцы, или просто атеисты, или просто люди невоцерковленные, и уже хочется быть как все, не быть белой вороной. Вот это мы должны иметь в виду и быть исповедниками в любой ситуации, где бы вы ни были.
Мне рассказывали такой страшный случай, когда группа паломников отправилась к лику Христа Спасителя, все были верующие в этом автобусе, все были в платочках, все читали акафисты, все молились. И вот остановили автобус люди в камуфляже, в масках, с автоматами и предложили всем выйти из автобуса, и сказали: «Кто крест с себя не снимет, того расстреляем». И все! Четыре человека осталось с крестом, сказали: «Стреляйте, мы крест с себя не снимем». Собрали эти крестики, выбросили в Зеленчук, и сказали: «Мы не то, что стрелять ни в кого не хотели, мы даже бить никого не хотели. Мы просто хотели вам показать, что ваша вера ничто. Скажи вам в глаза, что ваша вера ничто, вы же будете возмущаться, говорить: «Да нет, наша вера…, бить себя в грудь». А так вот, вы своими глазами видите, если ваша вера что-то значит, где кресты ваши? В реке. Кто их туда отдал бросать? Вы отдали, своими руками. С кого мы крест сорвали? Мы хоть с одного из вас сорвали крест? Нет. Своими руками отдали. Вот ваша вера!
Я рассказал, вам эту историю, не потому что осуждаю этих людей. Осуждать их ни я, ни вы не имеем права, потому что не вы, не я в этой ситуации никогда не оказывались. У отца Агафонова, известного писателя, есть страшный рассказ «Красное крещение», когда пришли комиссары в село, к священнику, а у него восемь детей и жена, и сказали: «Ты будешь жить, но жену и всех детей на твоих глазах расстреляем. Если скажешь всей деревне, что Бога нет, все будут жить». Это жизнь, это не какие-то рассказы придуманные, это жизнь. И этот батюшка, выходит и говорит: «Братья и сестры Бога нет!». Никого не тронули, все исполнили. И вот этот батюшка сутки ходил как неприкаянный, деревня от него отвернулась, все отвернулись, дети не разговаривают, жена не разговаривает. Он им жизнь спас детям и жене, а они с ним не разговаривают. И вот батюшка в ужасе пошел на речку, а там прорубь, Крещение было, прорубь была крестом сделана. Он же в этой проруби и освящал эту воду. И около этой проруби мучали пономаря, который стоял за Православную Веру, из его же храма. И тогда батюшка уже вышел из кустов и бросился на защиту пономаря, исповедал себя христианином, исповедал, что Бог истинен Христос, и был убит, и в этой купели Крещальной он и погрузился. А почему рассказ называется «Красное Крещение», потому что от крови его вода окрасилась, и Крест был красным, вода в этой купели была красной.
Вот, дорогие, чем этот рассказ важен для нас. Он говорит не просто о подвиге, который совершился, как мы привыкли слышать, что человек говорит: «Стреляйте в меня, я христианин, я не боюсь смерти». Это все обман. Этот рассказ говорит нам о том, как все было на самом деле. Действительно человек может испугаться, дать какую-то слабость, во время исповедания, но потом может Господь его укрепить, и он может остаться верным своей Вере. Я рассказал вам эти два случая не для того, чтобы вы осудили тех кто был в этом автобусе, кто снял с себя кресты, не для того чтобы вы сказали: «Мы бы так не сделали». Не для того, чтобы мы восхитились этим священником или, наоборот, восхитились теми, кто в автобусе не снял с себя крестов, не для этого. А для того, чтобы вы поняли насколько трудно быть исповедником, насколько трудно было быть исповедником святителю Луке, когда те, кто его любил, кто его почитал, находились по другую сторону колючей проволоки, по другую сторону ограды. Он общался совершенно не с этими людьми. Как в ситуации, когда стоял вопрос, или он пойдет на страшный риск, и при помощи заточки-мундштука спасет жизнь заключенному бандиту, или если не получится, его убьют этой же заточкой. Тут-то за праведника не каждый готов будет умереть, а тут за грешника. Вот так кто из нас скажет: «Я хотел бы отдать жизнь за мерзавца, негодяя, насильника, которого приговорили к смертной казни, вот я за него пойду, пусть меня расстреливают». Да мы порадуемся, скажем: «Слава Богу, что хоть одним мерзавцем станет меньше». Но Святитель Лука не так думал, для него это был человек, прежде всего человек. Вот такое живое исповедание, которое не на словах, ни в красивых фразах, ни в красивых проповедях, а которое в жизни. Вот об этом мы сегодня должны задуматься. И эти слова я не только обращаю к вам, я прежде всего их обращаю к себе. Я вот говорю вам, а сам думаю: "Хорошо здесь, когда в окружении братий, в окружении сестер, под сводами храма, говорить о Торжестве Православия, а вот окажись я в другой ситуации, где-нибудь в темном лесу, и рядом будут не прихожане, а какие-нибудь негодяи, и встанет вопрос, например, выбирать между Христом, и ладно если своей жизнью, а между жизнью твоих близких, и как ты поступишь? Но я знаю только одно, если Богу будет угодно, то Бог укрепит, и человек поступит правильно, каким бы слабым и немощным он не был. Но для того чтобы в тот момент Господь тебя поддержал, укрепил, нужно в более простых вещах, когда тебя не бьют, не пытают, не убивают, в малом оставаться верным своей Вере.Когда тебе ничто не угрожает сказать: «Нет, так нельзя, это кощунство! Замолчи, этого делать нельзя! Ты хулишь сейчас Бога! Да я православный, я буду креститься, и сколько бы ты не смеялся, меня это не волнует». Вот, если мы в мелочах сделаем то, что от нас зависит, Господь нам даст такие силы, что мы сделаем и то, что не ожидали бы сделать, потому что все это исповедничество, весь этот подвиг, он делается не столько человеческими силами, сколько Божией благодатию и Божией мудростью. Спаси Вас Господи, за молитвы, за то, что вы не перестаете собираться каждое воскресенье, здесь, в храме. И дай Бог, чтобы вашим усердием, вашей жертвенностью, вашими молитвами, вашими стараниями храм завершился окончательно и приобрел то благолепие, которое позволит его освятить и сделать его храмом действующим!
Протоиерей Димитрий (Моничев).
