Проповедь протоиерея Димитрия (Моничева) о празднике Торжество Православия, произнесенная им после молебна в стенах строящегося храма в честь Святителя Луки (Войно-Ясенецкого).
Возлюбленные в Господе братья и сестры. Вы знаете, что сегодня особый день, это день Торжества Православия. Восемь веков православная Церковь отстаивала истину свою, отстаивала в тяжелейшей битве. Не надо представлять себе, что истина эта ковалась при мирных дискуссиях, безобидных и спокойных. Это был настоящий фронт, и отцы, которые отстаивали православную веру, претерпевали и темничные заключения, как Николай Угодник Святитель Покровитель нашего града, и избиения и даже увечия, как был искалечен преподобный Максим исповедник. Те кто защищал святые иконы от поругания, кто отстаивал их на почитание, их до сих пор Церковь именует начертанными, ибо враги иконоборцы на их лицах выжигали коленным железом письмена, пытаясь исказить человеческий лик подобно тому, как они искажали этот лик на иконах, запрещая воздавать должное почитание.
И вот после этой многовековой борьбы наконец-то православие победило, победило во всей Вселенной, во всем Мире. С этого момента уже была только одна истинная вера — христианская, которая была четко изложена в Символе Веры, в догматах Церкви, и все остальные мнения были раз и навсегда отвергнуты, и Церковь постановила за благо в первую неделю Великого Поста совершать празднование Торжество Православия.
В этот день возглашается вечная память всем тем, кто послужил Православной проповеди: Патриархам, благоверным равноапостольным князьям, царям. В этот день провозглашается анафема всем отступникам от веры. Мы дорогие, должны с вами быть очень неравнодушны к нашей Православной Вере. Сейчас часто можно слышать мнение о том, что неважно как верить, главное себя правильно вести, вести нравственный образ жизни, а уже кто как верит: по-католически, по-лютерански, по-сектански — это не имеет большого значения. Начинаются мудрования и по поводу раскольников, что вот раскольники бывают правы. Что в данной ситуации они более правильны, чем мы, судят, решают. И такие мнения есть. Мы должны, дорогие, помнить о том, что истина одна! Церковь одна! Бог один! Вера одна! И любое искажение истины нужно понимать, как ересь, как тяжкий грех. И помнить, что этот грех раньше на Руси почитался настолько тяжелым, настолько страшным, что лучшие представители Православной Церкви называли еретиков, не так как мы сейчас мягко и толерантно называем конфессии, они называли их безбожниками. Раз не православный, значит безбожник. Сейчас, это у нас все куда-то растворилось, такое безразличие овладело многими, и начинаем уже искать какие-то плюсы в других вероисповеданиях. То же самое, дорогие, можно сказать и о расколах. Грех раскола не смывается даже мученической кровью. Вот настолько это тяжелый грех. Нет ничего страшнее раскола потому, что если человек открыто отрекся от Христа, это видно всем и это не столько великий соблазн, а вот если человек выдает себя за истинно православного, а сам находится в расколе, то он не только губит себя, но и соблазняет других.
Конечно же, в этот день мы не можем не вспомнить и небесного покровителя настоятеля этого храма, священномученика Патриарха Гермогена, который отстаивал истину Православия, отстаивал Православие не на словах, не на каких-то торжественных заседаниях и соборах, отстаивал в тюрьме, отстаивал до смерти, до изнеможения, и своим исповедничеством; поднял Русь, и Русь отстояла молитвами Божией Матери Православие, и все лжецари были изгнаны вон с нашей территории. И, конечно же, таким исповедником, таким ревнителем Православия был и Святитель Лука Архиепископ Крымский. Он отстаивал истину не словами только, отстаивал эту истину своим жертвенным трудом врача-хирурга, отстаивал эту истину в лагерях, в ссылках. Можно привести простой пример, о том насколько дорожил православием Святитель Лука, когда ему предложили не от Христа отречься, а всего на всего снять с себя сан. И при этом пообещали, что он будет прославлен, ему будут возвращены все награды, все титулы, все то, что он по достоинству заслужил, он станет светилом с мировым именем, и для этого надо было отказаться от священства, всего на всего. Но Лука не только на это не пошел, он отказывался оперировать, если из операционной уносилась икона, и пока икона не возвращалась, он не приступал к операции, какой бы великий человек и чиновник не лежал на операционном столе.
Вот, дорогие, мы должны этому учиться. Сейчас у нас иное время, сейчас многие люди очень легко, легкомысленно относятся к своей Вере. Девушка полюбила мальчика, мальчик поставил условия, что нужно принять иную веру, тогда он на ней женится, девушка соглашается. Боимся иногда перекрестится, потому что вокруг люди. Что подумают? Боимся попоститься в гостях, как-то не удобно, ведь нас пригласили, а мы будем сейчас поститься. Скажут, фанатики религиозные. Ну ладно уже, может потом попостимся. И таких моментов много. В храме, все такие смелые исповедники, такие все готовые за Христа и жизнь отдать, а вот оказываемся в другой ситуации, где нас окружают уже не верующие люди, а иноверцы, или просто атеисты, или просто люди невоцерковленные, и уже хочется быть как все, не быть белой вороной. Вот это мы должны иметь в виду и быть исповедниками в любой ситуации, где бы вы ни были.
Мне рассказывали такой страшный случай, когда группа паломников отправилась к лику Христа Спасителя, все были верующие в этом автобусе, все были в платочках, все читали акафисты, все молились. И вот остановили автобус люди в камуфляже, в масках, с автоматами и предложили всем выйти из автобуса, и сказали: «Кто крест с себя не снимет, того расстреляем». И все! Четыре человека осталось с крестом, сказали: «Стреляйте, мы крест с себя не снимем». Собрали эти крестики, выбросили в Зеленчук, и сказали: «Мы не то, что стрелять ни в кого не хотели, мы даже бить никого не хотели. Мы просто хотели вам показать, что ваша вера ничто. Скажи вам в глаза, что ваша вера ничто, вы же будете возмущаться, говорить: «Да нет, наша вера…, бить себя в грудь». А так вот, вы своими глазами видите, если ваша вера что-то значит, где кресты ваши? В реке. Кто их туда отдал бросать? Вы отдали, своими руками. С кого мы крест сорвали? Мы хоть с одного из вас сорвали крест? Нет. Своими руками отдали. Вот ваша вера!
Я рассказал, вам эту историю, не потому что осуждаю этих людей. Осуждать их ни я, ни вы не имеем права, потому что не вы, не я в этой ситуации никогда не оказывались. У отца Агафонова, известного писателя, есть страшный рассказ «Красное крещение», когда пришли комиссары в село, к священнику, а у него восемь детей и жена, и сказали: «Ты будешь жить, но жену и всех детей на твоих глазах расстреляем. Если скажешь всей деревне, что Бога нет, все будут жить». Это жизнь, это не какие-то рассказы придуманные, это жизнь. И этот батюшка, выходит и говорит: «Братья и сестры Бога нет!». Никого не тронули, все исполнили. И вот этот батюшка сутки ходил как неприкаянный, деревня от него отвернулась, все отвернулись, дети не разговаривают, жена не разговаривает. Он им жизнь спас детям и жене, а они с ним не разговаривают. И вот батюшка в ужасе пошел на речку, а там прорубь, Крещение было, прорубь была крестом сделана. Он же в этой проруби и освящал эту воду. И около этой проруби мучали пономаря, который стоял за Православную Веру, из его же храма. И тогда батюшка уже вышел из кустов и бросился на защиту пономаря, исповедал себя христианином, исповедал, что Бог истинен Христос, и был убит, и в этой купели Крещальной он и погрузился. А почему рассказ называется «Красное Крещение», потому что от крови его вода окрасилась, и Крест был красным, вода в этой купели была красной.
Вот, дорогие, чем этот рассказ важен для нас. Он говорит не просто о подвиге, который совершился, как мы привыкли слышать, что человек говорит: «Стреляйте в меня, я христианин, я не боюсь смерти». Это все обман. Этот рассказ говорит нам о том, как все было на самом деле. Действительно человек может испугаться, дать какую-то слабость, во время исповедания, но потом может Господь его укрепить, и он может остаться верным своей Вере. Я рассказал вам эти два случая не для того, чтобы вы осудили тех кто был в этом автобусе, кто снял с себя кресты, не для того чтобы вы сказали: «Мы бы так не сделали». Не для того, чтобы мы восхитились этим священником или, наоборот, восхитились теми, кто в автобусе не снял с себя крестов, не для этого. А для того, чтобы вы поняли насколько трудно быть исповедником, насколько трудно было быть исповедником святителю Луке, когда те, кто его любил, кто его почитал, находились по другую сторону колючей проволоки, по другую сторону ограды. Он общался совершенно не с этими людьми. Как в ситуации, когда стоял вопрос, или он пойдет на страшный риск, и при помощи заточки-мундштука спасет жизнь заключенному бандиту, или если не получится, его убьют этой же заточкой. Тут-то за праведника не каждый готов будет умереть, а тут за грешника. Вот так кто из нас скажет: «Я хотел бы отдать жизнь за мерзавца, негодяя, насильника, которого приговорили к смертной казни, вот я за него пойду, пусть меня расстреливают». Да мы порадуемся, скажем: «Слава Богу, что хоть одним мерзавцем станет меньше». Но Святитель Лука не так думал, для него это был человек, прежде всего человек. Вот такое живое исповедание, которое не на словах, ни в красивых фразах, ни в красивых проповедях, а которое в жизни. Вот об этом мы сегодня должны задуматься. И эти слова я не только обращаю к вам, я прежде всего их обращаю к себе. Я вот говорю вам, а сам думаю: "Хорошо здесь, когда в окружении братий, в окружении сестер, под сводами храма, говорить о Торжестве Православия, а вот окажись я в другой ситуации, где-нибудь в темном лесу, и рядом будут не прихожане, а какие-нибудь негодяи, и встанет вопрос, например, выбирать между Христом, и ладно если своей жизнью, а между жизнью твоих близких, и как ты поступишь? Но я знаю только одно, если Богу будет угодно, то Бог укрепит, и человек поступит правильно, каким бы слабым и немощным он не был. Но для того чтобы в тот момент Господь тебя поддержал, укрепил, нужно в более простых вещах, когда тебя не бьют, не пытают, не убивают, в малом оставаться верным своей Вере.Когда тебе ничто не угрожает сказать: «Нет, так нельзя, это кощунство! Замолчи, этого делать нельзя! Ты хулишь сейчас Бога! Да я православный, я буду креститься, и сколько бы ты не смеялся, меня это не волнует». Вот, если мы в мелочах сделаем то, что от нас зависит, Господь нам даст такие силы, что мы сделаем и то, что не ожидали бы сделать, потому что все это исповедничество, весь этот подвиг, он делается не столько человеческими силами, сколько Божией благодатию и Божией мудростью. Спаси Вас Господи, за молитвы, за то, что вы не перестаете собираться каждое воскресенье, здесь, в храме. И дай Бог, чтобы вашим усердием, вашей жертвенностью, вашими молитвами, вашими стараниями храм завершился окончательно и приобрел то благолепие, которое позволит его освятить и сделать его храмом действующим!
Протоиерей Димитрий (Моничев).
