«Не европеец, а русский имеет ту душевную установку, с которой человек может оправдать своё извечное предназначение. Он руководствуется абсолютом, вселенским чувством, мессианской душой… В главных вопросах бытия европеец должен брать за образец русского, а не наоборот. Если он хочет вернуться к вечным целям человечества, ему следует признать русско-восточную оценку мира. Англичанин смотрит на мир как на фабрику, француз — как на салон, немец — как на казарму, русский — как на храм»
«Происхождение многих русских писателей и поэтов показывает, насколько силы земли влиятельнее сил крови. И как раз те из них, кто считается истинно русскими по духу, имеют в своих жилах большую примесь чужой крови. Среди ближайших предков Пушкина был негр, у Лермонтова — шотландцы, у Жуковского — турки, у Некрасова — поляки; Достоевский по линии отца был литовцем; Л. Толстой — потомок немцев переселенцев. В отличие от них, Тургенев — чистопородный русский, но как раз он из всех производит наиболее западное впечатление!» Хотите ещё? Извольте: «Какая разница между Западом и Востоком в способе чтения книг! Европеец читает книгу, чтобы узнать, о чём в ней идет речь. Русский читает, чтобы узнать что-то о себе. Для него написанное — лишь ключевые понятия, возбуждающие его душу. То есть книга для него — это способ самопознания, а не приобретение, присоединяемое к своему имуществу»
«Человек цели (так называет он западного человека — авт.) настроен враждебно к жизни, человек с выразительным мышлением позволяет жизни действовать через себя и чувствует себя счастливым. Целевое мышление есть форма мысли властного человека; выразительное мышление есть форма мысли отдающей себя души. Чувство предшествует мысли. Это утверждение не может признать западный человек, не доверяющий чувственной жизни. Но в этом утверждении клятвенно убежден русский. Жизнеощущение, то есть иррациональная часть души, — это центральная сила, диктующая человеку то, о чём и как он мыслит. О чём бы он ни думал, происходит высвобождение душевных сил. Это образ мышления поэтов. Духовно развитый русский по сути своей — поэт. Русская философия с её глубочайшими прозрениями заключена в произведениях, которые по форме относятся к жанру литературы».
И.А. Ильин одним из первых обратил внимание общественности на книгу В. Шубарта, выступив в 1940 г. с двухчасовой лекцией о ней. Правда, принял он её не целиком (и это тема для отдельного разговора), но в своей немецкой книге «Сущность и своеобразие русской культуры» (1942) отметил, тем не менее, что это своеобразие русских «в западной литературе лучше всего изображено у Шубарта» и что «с тех пор, как стоит Россия, о русском народе сказаны такие слова впервые. И это очень хорошо».
Философ Вальтер Шубарт о России
